О том, что нашел другую, Дима сообщил за ужином. Сперва весь вечер молчал — видимо, собирался с духом — а потом выпалил:
— Маша, я от тебя… ухожу! У меня уже давно есть… в общем, я люблю другую женщину!
Маша замерла с ложкой у рта. Она не знала, как реагировать на заявление мужа. Сначала ей почему-то показалось, что он вот так по-дурацки, несмешно шутит. Отложив ложку, Маша внимательно вгляделась в Димины глаза, вздохнула устало:
— Дим, у тебя опять фантазия разгулялась? Какая еще другая женщина?
«Кому ты нужен?» — хотела добавить она, но вовремя сдержалась.
— Ее зовут Оксана, и мы уже давно вместе, — нервно затораторил Дима. — Она прекрасная! Красивая, умная, понимающая… Не такая как ты! Не такая! Мне с ней хорошо. Уютно. С ней и поговорить интересно, и помолчать. У нас с ней уже давно любовь! Я просто тебе не говорил. Но теперь вот решил сказать, потому что завтра собираю вещи и ухожу к Оксане.
Словно боясь, что его перебьют, заставят замолчать, он буквально выкрикивал некоторые слова, глотал окончания. Маша во все глаза смотрела на мужа, чуть склонив на бок голову и улыбаясь уголками губ. Выставила вперед ладонь, прерывая бурный поток слов, усмехнулась:
— Не нужно подробностей, мне не интересно.
— Не нужно? — будто как-то разочарованно спросил Дима.
— Не нужно, — кивнула Маша. — А ты хотел их рассказать, что ли?
Дима смутился, отвел взгляд. Оба они чувствовали, что нормального диалога построить не смогут: или поругаются вдрызг, или выйдет нечто невразумительное, нечеткое, непонятное.
Некоторое время на кухне стояла тишина. В глубоких тарелках остывал Димин любимый рассольник со сметаной, где-то далеко за окном шумела автострада, устало мигал желтым масляным глазом уличный фонарь. В темнеющем шелке небес по одной зажигались маленькие звездочки.
— Почему ты мне сразу не сказал? — наконец спросила Маша. — Думал, я буду тебя держать?
— Да, — кивнул Дима.
— Ну и зря. Я не буду. Я даже «за», потому что хочу, чтобы ты был счастлив. И хочу, чтобы я была счастлива. А с тобой я не буду… Потому что у нас уже давно нет ни взаимопонимания, ни поддержки, и вообще, от семьи одно название осталось. Так что иди хоть к Оксане, хоть к Анюте… Неприятно, конечно, что ты от меня наличие другой скрывал, но… что уж тут поделать.
Дима ушел на следующий день. Спокойно, без спешки собрал свои вещи — все до единой, не забыв даже такие мелочи, как простой карандаш и коробочка с канцелярскими кнопками. Сложил все в чемодан. Отдал Маше свой комплект ключей, сказал зачем-то, что неплохо было бы сменить замки после его ухода.
— Зачем?
— Ну, — пожал Дима плечами, — чтобы если что, ты на меня ничего не подумала.
— Поменяю, — заверила его Маша. — Вот как только уйдешь, сразу слесаря вызову.
Усмехнулась про себя: а ведь и правда! Дима всегда был до противного мелочным, дотошным, а еще — жадным. Интересно, его новая пассия по имени Оксана не заметила эти его качества или просто предпочла не обращать внимания, наивно думая, что сумеет исправить? Маша небезосновательно полагала, что второй вариант более близок к правде — она сама когда-то думала, что с ней Дима изменится.
«Ну да, изменился, — подумала она. — Стал еще жаднее».
За всю их совместную жизнь Дима ни разу не подарил ей цветов — ни на день рождения, ни на восьмое марта, ни какой другой праздник. Ни разу не сводил ни в кино, ни в ресторан. Ни разу не купил никакой подарок.
— Зачем тратиться? — говорил он. — Да и вообще, я все деньги в семью вкладываю, это разве не подарок для тебя? Что еще надо женщине?
Маша чертовски устала от всего этого, устала от самого Димы — и теперь была только рада его уходу. Корила себя: нужно было самой от него уйти, чего тянула, чего ждала? Но — лучше поздно, чем никогда.
Через три месяца разлучница вдруг написала Маше в мессенджере.
«Мария! Это Оксана, вы заочно меня знаете. Очень хочу вас попросить простить Диму… Просто вижу, как он мучается, как страдает. Он любит вас и хочет к вам вернуться!»
Маша чуть было не выронила телефон. На секунду ее даже одолел страх – еще чего не хватало! Она не хотела писать ответ. А если Оксана найдет лазейку и вернет ей Диму? Нет, только не это!